суббота, 24 мая 2014 г.

3 Н.Д.Кондратьев Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции

ных и наименее избыточных хлебов», в связи с резким повышением хлебных цен и появлением «воздержания от продажи», падением товарности хлебов.
Твердые цены устанавливаются на основе местных рыночных цен с учетом мнения местных продовольственных совещаний, в которых были представлены ведомства, землевладельцы, торговцы.
Устанавливались твердые цены почти на уровне рыночных; по своей природе, пишет Кондратьев, они являются в сущности фиксацией вольных цен с некоторым коррективом их.
Но установленные твердые цены не в состоянии уловить «вибрации вольных цен», поскольку фиксация первых осуществляется грубым методом, а в основе их районирования остаются административные границы губерний и уездов; если, по словам автора, «вольные цены можно сравнить с волнующейся поверхностью озера, то твердые цены можно уподобить ледяному покрову этого озера» (с. 248).
Эти цены были установлены лишь для государственных заготовок, частная торговля осуществлялась по рыночным ценам. В государственные заготовки был внесен элемент принуждения.
«Одного приказа продавать хлеб по твердым ценам было недостаточно», и в качестве\шэдсобного мероприятия предлагается
продать хлеб. ^
По оценке автора, твердые цены вносили в рыночные отношения дуализм, чуждый природе экономического оборота. Они не могли удержать рост цен и в конечном счете должны были усилить спекулятивные тенденции, стремление избежать поставок государству, так как оставалась возможность более выгодной вольной продажи. Так, по мнению автора, и должен реагировать рынок на попытки деформировать стихийно складывающиеся цены. В то же время он отмечает, что рост цен после установления твердых цен идет медленнее. На замедление процесса роста цен влияет и хороший урожай. Однако замедление роста цен носило лишь временный характер.
Н. Д. Кондратьев обращает внимание на выдвижение «общественным мнением» требования распространить твердые цены на все сделки по хлебам и параллельно установить их на продукты массового потребления как одного из проявлений напряженной, глубокой социально-экономической борьбы вокруг вопроса о ценах. В этих требованиях он видит лишь продолжение в иных формах той экономической борьбы за уровень цен, которая в мирное время происходила на рынке. В обычное время эта борьба распылена, протекает в стихийных формах рыночной конкуренции. В годы войны эта борьба концентрируется, протекает «в обнаженном виде», в форме непосредственного столкновения различных интересов и ведется в различных плоскостях.
Прежде всего, как пишет автор, она проявляется в вопросе «быть или не быть твердым ценам». Разбирая аргументы протав-
реквизиция
цены при отказе владельца
ников (представители землевладельцев и торговцев) и сторонников твердых цен, он выделяет соображения последних о том, что именно сохранение^равновесия народного хозяйства предполагает общее экономическое урегулирование, в том числе урегулирование цен, что свободная игра экономических сил не в состоянии обеспечить снабжение; твердые цены становятся неизбежными, их введения требуют интересы потребителей, стонущих под гнетом дороговизны (с. 251).
Главной плоскостью борьбы автор считает все-таки вопрос об уровне цен, вопрос о методе их установления.
В годы войны выдвигалось несколько методов установления цен: предлагалось разбить страну на пояса, постепенно удаляющиеся от фронта как главного потребительского рынка; положить в основу рыночные цены с последующей их корректировкой или конкретную себестоимость производства хлебов текущего года. Был предложен «московский метод», сущность которого сводилась к тому, чтобы «угадать, имитировать вольную цену», исходя из двух предположений: что цены изменяются пропорционально себестоимости и что отношение между суммой издержек производства и арендными платежами остается неизменным. Наконец, был выдвинут смешанный метод, учитывающий, что цены изменяются не всегда пропорционально себестоимости и отношение между ценой и себестоимостью не остается неизменным. В качестве базовой цены была взята районная твердая цена.
Если местные совещания кладут в основу определения цен конкретную себестоимость, то в центре, в Особое совещании, в основу кладется метод пропорциональных изменений между издержками производства, или соотношение сумм издержек производства и земельной аренды в динамике. Автор отмечает, что методы установления цен преследовали не только «теоретическую точность», но и отражали борьбу интересов. Цены 1916—1917 гг., делает вывод автор на основе проведенных сопоставлений, не были фиксацией рыночных цен, а скорее попыткой имитировать их, попыткой построить их, игнорируя факторы ненормального роста этих цен, факторы, поднимающие на непомерно высокий уровень торговую прибыль и доход производителя. Следовательно, твердые цены, как имитацию строения «вольных» цен с более или менее точным учетом обычных для рынка факторов ценообразования, «можно одновременно рассматривать как форму ограничения торговой прибыли и дохода производителя» (с. 254). Метод имитационных цен, основанный на своеобразном моделировании рыночных процессов с использованием экстраполяции экономических тенденций, признанных нормальными, с устранением воздействия негативных процессов может рассматриваться как имеющий определенное значение и для современных условий.
Н. Д. Кондратьев подчеркивает, что метод имитаций, «прошедший и испытавший влияние ожесточенной борьбы интересов», позволяет проследить, какие социальные силы отстаивали тенденцию к повышению (землевладельцы) и какие — к понижению
70
(городские потребители) в установлении цен. Торгово-промышленные круги заняли как бы центральную позицию. Н. Д. Кондратьев отмечает, что «голос крестьян» здесь отсутствует. Отсутствовал, добавим, и голос рабочего класса.
Автор констатирует раскол отдельных групп, в частности выступление части землевладельцев явно за тенденцию к повышению в установлении твердых цен. Объяснение этому автор находит в том, что вопрос о ценах в тот исторический момент выступал не только как экономический; он отражал и происходящую политическую борьбу.
При рассмотрении процесса регулирования цен после Февральской революции автор анализирует метод расчета твердых цен, предложенный экономическим отделом Союза городов и Земским союзом, направленный на восстановление покупательной силы пуда хлеба в соответствии с ростом цен на предметы потребления, покупаемые деревней, и с учетом удельного веса их в расходном бюджете крестьянского хозяйства с целью восстановления равновесия между ценами сельскохозяйственных и промышленных товаров (путем «применения метода определения покупательной силы хлеба и восстановления ее»). После повышения цен косвенным средством поддержания принципа государственной хлебной монополии выступала угроза реквизиции.
Удвоение твердых цен в августе 1917 г. автор связывает с продовольственным кризисом, констатируя в то же время последовавший за этим невиданный ранее рост рыночных цен и лишь вскользь упоминая о той борьбе против повышения твердых цен, которую вели все демократические силы и о которой писал В. И. Ленин 13.
Нормативно-конструкционный характер твердых цен и утрата тесной связи их с движением рыночной конъюнктуры в особенности выявляется, как обоснованно считал Н. Д. Кондратьев, после Октябрьской революции.
Увеличение твердых цен втрое в августе 1918 г. (до этого продолжали существовать цены, установленные Временным правительством 27 августа 1917 г.) он оценивает как «чисто механическое». Н. Д. Кондратьев обращает внимание на отсутствие достаточного соответствия твердых цен на предметы первой необходимости с хлебными ценами, отмечая, что с августа 1918 г. в основу политики регулирования цен кладется мысль о необходимости * строить систему твердых цен в соответствии с ценами на хлеб. Это очень важное, можно сказать, основополагающее теоретическое положение о сбалансированности цен, о системе цен, о соответствии этой системы с ценами на ведущий товар — хлеб.
Н. Д. Кондратьев подчеркивает при этом, что цены на все остальные продукты должны быть таковы, чтобы приблизительно восстановить эквивалентно-меновое отношение мирного времени
- jp
13 Ленин В. Я. Поли. собр. соч. Т. 34. С. 183-186. *"
71
.между товарами, выделяя агу идею и «понимание системы цен» Однако влияние на формирование цен дру1их отправных позиции (замена хлебной цены как базы эквивалентно-менового отиоше ния ценой на рабочие руки и т д.) придает, 'по мнению автора, твердым ценам все более нормативно-конструкционный характер В uToie «методы установления цен становятся все более грубыми, прямолинейными, чуждыми той гибкости, к которой вынуждало ранее существование более или менее организованного рынка» (с. 160). Эти процессы действительно имели место на начальном этапе формирования советской экономики, особенно в период военного коммунизма, когда в связи с господствующими представлениями о несовместимости социализма и товарно-денежных отношений происходил процесс натурализации экономических отношений.
Рассматривая соотношение твердых и вольных цен за весь исследуемый период (1914—1918 гг.), автор констатирует нарастающее их резкое расхождение, делает вывод, что «политика твердых цен была бессильна овладеть движением цен, устранить вольные нелегальные цены, дуализм цен вольных и твердых». В этом отношении важно выявление периодов, в течение которых политика твердых цен может оказывать некоторое временно сдерживающее влияние на цены.
Автор (что не менее важно) через призму движения и соотношения твердых и вольных цен раскрывает влияние этих процессов на экономическую жизнь. В то же время в движении и соотношении этих двух видов цен он прослеживает отражение явлений, происходящих в народнохозяйственной жизни.
Н. Д. Кондратьев отмечает, что перед государством вырастала задача выработки материального плана снабжения, плана рационального распределения продуктов из районов заготовок по районам потребления. Он прослеживает формирование этой концепции, начиная с выдвижения идей составления общего плана перевозок.
Здесь кроются истоки того научного интереса, который впоследствии Н. Д. Кондратьев проявил к проблемам планирования сельского хозяйства, народного хозяйства в целом уже в 20-е годы. Намечаются и первые методологические подходы к регулированию рыночных процессов.
Регулирование перевозок, по мысли автора, должно находиться в достаточно тесной связи с другими формами снабжения (твердые цены, таксы и т. д.). Он выступает за выработку «определенной и общей системы связи форм регулирования снабжения», «единообразной системы регулирования перевозок», установления «тесного взаимодействия между регулированием перевозок, порядком снабжения, твердыми ценами и таксами». Это очень важный блок экономических отношений, поэтому актуальна и поставленная автором проблема комплексного сочетания этих взаимосвязанных процессов. Очевидно, в формировании таких взаимосогласованных систем и заключены предпосылки регулирования
72
развитии народною хозяйства. Введение плана перевозок создавало, по оценке автора, возможность внести «элемент планомерности», являясь «зародышем идеи плана снабжения». Это было необходимо в условиях, когда «вся система перевозок достигла огромной сложности».
Автор отмечает неизбежную рассогласованность экономических процессов, которые превращали планы перевозок в «бумажную» меру в то время, как необходимость упорядочения снабжения выдвигает «вопрос о создании материального плана снабжения и о включении плана перевозок в систему плана снабжения лишь как одного из элементов» (с. 273). В этих условиях автор считал необходимым установить связь между планами заготовок и снабжения, для чего было необходимо, в частности, ясное представление о «географии хлебных избытков и недостатков».
План снабжения автор рассматривал как «рационализированную форму хлеботоварного движения от района и стадии заготовок до района потребления и до стадии начала распределения продуктов между потребителями» (с. 274).
Однако реальных предпосылок для рационализированной формы данной стадии «хлеботоварного движения» автор не видит. ч
Необходимой предпосылкой для составления и реализации плана снабжения должно быть^прежде всего «точное знание ресурсов страны и потребностей». Таких точных и достаточно пригодных для практических мероприятий ежегодных данных по отдельным губерниям в стране не было. Хотя уровень потребностей за время войны несомненно менялся, план строился на оснЪвании довоенных и к тому же неточных данных о потреблении.
План снабжения требовал, как подчеркивает Н. Д. Кондратьев, чтобы центральная власть имела «в действительном, а не в теоретическом распоряжении . . . заранее определенные ресурсы заготовленного хлеба. Между тем план строился почти целиком в предположении, что они будут; но их могло и не быть в той или иной губернии в необходимом размере». При таком неопределенном положении дел выполнение плана становилось проблематичным.
После Февральской революции планы, по мнению Кондратьева, становятся более обоснованными, устанавливаются сложные межгубернские взаимосвязи движения хлебных потоков.
Октябрьская революция стала началом наиболее тяжелого периода в деле снабжения. Эта посылка Кондратьева в целом верна. В то же время он отмечает, что процент выполнения планов снабжения населения в 1918 г. (август—декабрь) выше, чем снабжения армии и флота. Следует отметить, что сведения, приведенные автором касательно послеоктябрьского периода, носят фрагментарный характер, отражая отстраненность автора от реальных процессов управления экономикой.
Раскрывая соотношение процессов распределения и потребления, Н. Д. Кондратьев отмечает их тесную взаимосвязь и подчер-
73
кивает   необходимость  при   регулировании   потребления   иметь соответствующую ор1анизацию распределения В то же время ре гулироваиие распределения может быть и не связано с нормиро ванием потребления, а иметь самостоятельные задачи, в частности равномерного распределения дешевого продукта, воздействия на цены (с. 290).
Во время войны, подчеркивает он, организация распределения хлебов первоначально не преследовала задачи нормирования потребления. Однако она становится необходимой в условиях продовольственного кризиса. Автор различает при этом уравни тельную и уравнительно-ограничительную системы регулирования потребления. Регулирование распределения хлебных продуктов среди населения возникает ранее (в конце 1914—начале 1915 г.), чем регулирование потребления. Начало его было положено местными органами самоуправления и возникшими местными продовольственными организациями, которые преследовали цель борьбы со стремительным ростом цен, решая возникшую задачу распределения в различных районах различно, ощупью, эмпирически. К лету 1916 г. большинство этих местных органов опиралось на собственный и в значительной мере на кооперативный распределительный аппарат, в меньшей степени привлекая аппарат частноторговый. Однако существа этого очень важного процесса формирования демократическим путем собственного распределительного аппарата, мощного развития кооперации в период войны автор не раскрывает, хотя приводит важные сведения о формах регулирования отпуска товаров.
Автор особо раскрывает процесс формирования карточной системы, касается предпосылок осуществления планомерного регулирования потребления, однако и в этом случае не ставит вопроса о необходимости углубления процессов регулирования, а лишь подчеркивает как существенную предпосылку право на «монопольное определение правил распределения продукта» (с. 297).
Установленный после Февральской революции порядок нормирования потребления и регулирования распределения, считает автор, сохраняется и после Октябрьской революции, но в июне-сентябре 1918 г. в него вносятся существенные изменения: обеспечение продовольствием бедноты и введение «классового пайка». Выдвижение в первую категорию по степени обеспечения продовольствием рабочего класса оценивается как постановка его «в привилегированное классовое положение», нарушающее идею «обще-гражданственности», которая якобы была проведена в регулировании потребления и распределения после Февраля; но хотя дополнительный паек лицам, занятым тяжелым физическим трудом, выдавался начиная с введения 6 марта 1917 г. карточной системы на хлеб, рабочие являлись именно той группой населения, которая в большей мере, чем другие категории населения, покупала хлеб на «вольном» рынке.
Интересные сведения приводятся автором о размерах выдачи хлеба, о закупках на «вольном» рынке. Кстати, эти сведения при-
74
влекли и внимание В И Ленина 14 (обследования питания населения, организованные ЦСУ иод руководством А. Е. Лосицкою ,5). Мешочничество, зародившееся весной 1917 г. и объективно выполнявшее (весьма своеобразно) функцию «торгового посредника», автор расценивает как «высшую уродливую форму распыления хлеботоргового оборота», «явление дорогое и дезорганизующее». Однако отмечается та колоссальная роль, которую сыграло мешочничество в целом в питании населения (особенно в потребляющей полосе), еще не оцененная в полной мере (с. 307—310). В этой связи автор вновь возвращается к своей основополагающей идее о пагубных последствиях разрушения капиталистического торгового аппарата в условиях, когда государственный аппарат окончательно еще не сформирован. Отмечая это реальное противоречие, автор обращает внимание на то, что одной из форм его разрешения стало широкое привлечение кооперативного аппарата к процессу заготовок и распределения.
В своем исследовании Н. Д. Кондратьев теоретически обосновывает иллюстрируемую многочисленными таблицами, материалами анкетных обследований, опросов и т. д. идею о глубокой органической связи регулирования заготовок с регулированием цен; при этом построение плана снабжения и плана перевозок органически вытекает из углубления и расширения политики регулирования в области цен V-заготовок, а регулирование распределения и потребления рассматривается как необходимое завершение всех форм снабжения. Сеть государственных продовольственных организаций должна складываться на основе функционирования всей системы регулирования. Последнее обстоятельство необычайно важно, так как зачастую органы управления формируются не на основе хозяйственных процессов, которыми призваны управлять. Важно и положение автора о том, что соответственно с этой внутренней органической связью отдельных форм регулирования идет и их параллельное развитие.
Усиление государственного вмешательства в дело регулирования продовольственного снабжения автор связывает с разложением хлебного рынка и частного хлеботоргового аппарата. Однако одновременно им подмечена важная тенденция, что «углубление мер государственного регулирования в одной какой-либо области рано или поздно приводит к соответствующим изменениям и в дру-; гих областях регулирования в силу отмеченной органической [ связи их между собой» (с. 311). Автор остается верен своей пози-i ции нераспространения этих процессов на производство. I      Нельзя не согласиться с Кондратьевым в том, что «идея замены I стихийных   факторов   хозяйственной   жизни   рациональными неизмеримо труднее при ее осуществлении, чем при ее теоретическом и идеологическом конструировании». Проблемы народно-
" Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 40. С. 255, 296, 311. Т,39. С. 274-276 15 Лосицкий А. Потребление хлеба и мяса сельским населением J ™18-1У1У году//Бюллютень Центрального Статистического управления. 19Z0. J№ 1У-А1.
75
хозяйственного регулирования во всей сложности и полноте в toi период тотько начинали разрабатываться.
Монография Н. Д Кондратьева расширяет наши представления о хозяйственных процессах, происходивших в экономике России в период первой мировой войны, в условиях коренных социально-экономических перемен в связи со свержением самодержавия, а затем — с победой социалистической революции. Все хозяйственные явления рассматриваются в свете этих крупнейших событий, сконцентрированных в крайне узких исторических рамках. Перед нами комплексное исследование, воссоздающее картину сложных переплетений хозяйственных процессов, выработки экономической политики на каждом из исследуемых этапов развития страны, раскрывающее необходимость формирования системы централизованного регулирования народного хозяйства, системы хозяйственных планов, обусловленной самими экономическими процессами, составляющими предмет анализа.
Для изучения истории народного хозяйства России «Рынок хлебов. . .» представляет собой ценнейший источник, содержащий огромный аналитический и статистический материал, достоверно характеризующий экономические процессы и явления. Монография имеет и теоретическое значение, поскольку в ней раскрывается динамика рыночных процессов, затрагиваются сложные проблемы овладения рыночным механизмом, планомерного использования последнего. В работе показана возможность дезорганизации и быстрого разрушения сложнейшей системы рыночных отношений, которая складывалась веками, и в то же время невозможность замены этой сложнейшей системы народнохозяйственных связей каким-либо экономическим суррогатом и сохранения при этом эффективного функционирования экономики, хотя бы на достижение этой цели направлялась вся мощь государственного воздействия. В монографии также проводится и обосновывается идея о возможности регулирования рыночных процессов, основывающегося на глубоком и всеохватывающем познании законов рынка, выделении блока хозяйственных процессов и установлении между ними связей и соотношений, учитывающих экономические законы их движения и народнохозяйственные задачи. Подчеркивая необычайную сложность возникающих при этом проблем, Н. Д. Кондратьев писал в заключении к своей монографии: «. . .Одно можно сказать с уверенностью. Предыдущее изложение показало, что задачи регулирования и рационализации народнохозяйственных процессов и, в частности, процессов в области хлебного рынка и снабжения хлебами чрезвычайно сложны.
Автор выражал уверенность, что опыт борьбы с продовольственным кризисом, анализ системы жесткого регулирования рынка и снабжения хлебами «останется глубоко поучительным для последующих времен» (с. 312).
76
IV
Кондратьев Н. Д Основы перспективного плана развития сельского и лесного хозяйства / Доклад на пленарном заседании Президиума Госплана СССР 4 июля 1925 г. //Пути сельского хозяйства. 1925. №4. С. 186—214; Заключительное слово Н. Д. Кондратьева // Там же. 1926. №3. С. 120—140. См. также: Основы перспективного плана развития сельского и лесного хозяйства. М., РСФСР. Наркомзем. Труды Земплана. 1924. Вып. V.
Кондратьев Н. Д. Аграрный вопрос о земле и земельных порядках. [М., 1917.] С 59.
Кондратьев Ъ. Д. Современное состояние народнохозяйственной конъюнктуры в свете взаимоотношений индустрии и сельского хозяйства // Социалистическое хозяйство. 1926 Кн. 6. С 66
77
Осенью 1923 i Плановая комиссия Наркомзема РСФСР приступила к составлению первого в истории перспективного плана развития сельского и лесного хозяйства РСФСР (1923—1928 гг.). Активное участие в подготовке этого плана, разработке его методологии и конкретных материалов принимал Н. Д. Кондратьев. В историю этот план и вошел как «сельскохозяйственная пятилетка Кондратьева» 1. Он был одобрен Земпланом и после ожесточенной дискуссии утвержден летом 1925 г. Президиумом Госплана.
Н. Д. Кондратьев в конкретной работе над первым планом развития сельского хозяйства и в теоретических статьях (для его научной деятельности вообще было характерно единство теории и практики) настаивает на необходимости тщательно следовать законам развития экономики, выявившимся тенденциям социально-экономических процессов и строить концепцию планирования на основе длительного прогноза и постулата о взаимодействии и взаимозависимости в экономике страны в условиях нэпа плановых и рыночных начал. При разработке плана развития сельского хозяйства Н. Д. Кондратьев исходил из идеи, высказанной им еще в одной *te ранних работ, о «тесной связи» и «равновесии» между земледелие^ и промышленностью2.
Особое значение в концепции народнохозяйственного развития в тот период приобретала проблема оптимального соотношения темпов развития промышленности и сельского хозяйства, которое отвечало бы объективным условиям экономического развития. Конкретизируя данное общее положение применительно к задачам, стоявшим перед страной в середине 20-х годов, Н. Д. Кондратьев выдвигает центральный тезис о том, что лишь «здоровый рост сельского хозяйства предполагает . . . мощное развитие индустрии» 3. Процветающее сельское хозяйство должно стать основой народнохозяйственного подъема, «устойчивости всего народного хозяйства», в том числе и процесса индустриализации.
Он защищает идею плана-прогноза, учитывающего сложившуюся в стране хозяйственную обстановку и нацеленного на регулируемое развитие, которое становится возможным по мере овладения стихийными силами социально-экономической жизни и под-
чинения их сознательному планомерному воздействию со стороны государства 4.
Он выступает против «статистического фетишизма», погони за темпами, «произвольных» построений, отвечающих лишь субъективным желаниям, против развития индустриализации за счет перекачки средств из сельского хозяйства, истощения сил деревни5. Н. Д. Кондратьев был убежден в том, что «все основные затруднения нашего хозяйственного развития . . . которые имеют место сейчас, которые будут иметь место еще в течение долгого времени, коренятся в значительной мере в положении именно сельского хозяйства» 6. Н. Д. Кондратьев выступал за дальнейшее распространение принципов нэповской политики на деревню, которые, как известно, стали переноситься туда лишь в 1925 г., со значительным опозданием, что отмечал, в частности, Н. И. Бухарин 7.
Но начавшиеся изменения экономических условий функционирования крестьянских хозяйств требовали дальнейшего развития и совершенствования, а не свертывания нэпа. Н. Д. Йондратьев отмечал, что насущной задаче повышения товарности, интенсивности крестьянских хозяйств противодействует «страх перед существующим и несуществующим кулачеством», «страх перед несуществующей опасностью» 8.
Не подвергая сомнению основной принцип земельного права — национализацию земли, Н. Д. Кондратьев призывает свести к минимуму те ограничения свободного развития трудового хозяйства крестьян, которые сохранились со времен военного коммунизма и на долгие годы пережили его. Предпочтение при этом он отдает интенсивным товарным хозяйствам, приближающимся по своему типу к фермерским, обладающим значительным экономическим потенциалом, способным к расширенному воспроизводству и систематически производящим часть продукта в товарной форме.
Эти положения не расходятся с аграрной политикой, которая проводилась до свертывания нэпа. В решениях партии и правительства в те годы ставился вопрос о предоставлении крестьянину возможности «свободно приноравливаться к рынку, избрать наиболее выгодные культуры» 9. Была поставлена задача облегчить условия «применения наемного труда в сельском хозяйстве и краткосрочной аренды земли» и в целом перейти «от системы
4 Кондратьев Н. Д. План и предвидение // Пути сельского хозяйства. 1927. № 2. С. 7.
5 Кондратьев Н. Д. Критические заметки о плане развития народного хозяйства // Плановое хозяйство. 1927. № 4. С. 8; Он же. План и предвидение. С. 3—4.
6 Основные начала землепользования и землеустройства. Сборник статей, докладов и материалов. М., 1927. С. 181.
7 Бухарин Я. И. Избр. произв. М., 1988. С. 135, 188, 190.
8 Основные начала землепользования и землеустройства. С. 181.
9 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1970. Т. 2. С. 430.
78
Н Д. Кондратьев (слева) и П. А Сорокин с женами во время командировки Кондратьева в США в iyZ4 г. (Из личного архива Е. Н Кондратьевой)
административного нажима к экономическому соревнованию и экономической борьбе» 10.
В русле этих перемен шли предложения Н. Д. Кондратьева, направленные против «административных методов регулирования рынка, приводящих к его дезорганизации», и в частности против «искусственного создания. . . монопольного положения на внутреннем рынке» государственного и кооперативного торгового аппарата. Н. Д. Кондратьев выступает за отказ от «протекционизма и филантропии в отношении немощных хозяйств и бесхозяйственных форм кооперации», за развитие практики установления прямых связей государственных предприятий, кооперативов и смешанных организаций с зарубежными странами на основе валютной
10 Там же. С 190, 249, 250
79
самоокупаемости и самофинансирования с учетом создания «фонда валютного накопления».
Он обращает внимание на расширительное толкование понятия кулачества, которое в силу своей неопределенности «превра щается в борьбу вообще с сильными слоями деревни», с «крепкими, развивающимися слоями деревни. . . которые только и могут быть основой товарной продукции». И эта борьба ведется не только по линии хозяйственной, но и общеполитической. Н. Д. Кондратьев высказывался против «окулачивания» всех тех крестьян, уровень жизни которых превышает прожиточный минимум, за преодоление крайностей индустриализма, которые ведут к ослаблению эконо мических связей между промышленностью и сельским хозяйством, установлению неэквивалентных отношений между ними и значительным материальным изъятиям из деревни.
Эти положения Н. Д. Кондратьева нашли отражение в тезисах «Задачи в области сельского хозяйства в связи с общим развитием народного хозяйства и его индустриализацией», написанных в 1927 г. и известных нам лишь в фрагментах (частично воспроизведенных выше) из статьи Г. Зиновьева, сыгравшей трагическую роль в судьбе ученого, из статьи, в которой его идеи, направленные на дальнейшее воплощение в жизнь принципов нэпа, были квалифицированы в качестве «манифеста кулацкой партии» и.
С 1927 г. начинается поворот в экономической политике, приведший к созданию в стране административно-командной системы. Об этом времени Н. Д. Кондратьев впоследствии скажет, что к концу 1927 г. он в «полной мере находился. . . в состоянии опалы», и назовет его «новым курсом социально-экономической политики Советской власти» 12, четко определив, таким образом, рубеж, поворотный момент в экономической политике государства и начало политических перемен, ему сопутствующих.
В тот же период обрывается и научная деятельность Н. Д. Кондратьева, связанная с исследованием многих аспектов проблем экономической динамики, и в частности с изучением больших циклов конъюнктуры, вошедших в мировую экономическую науку как «циклы (волны) Кондратьева».
Важнейшим направлением научной деятельности Н. Д. Кондратьева были исследования закономерностей развития мирового капиталистического хозяйства. Их результат — теория «больших циклов конъюнктуры» — сделал имя Н. Д. Кондратьева широко известным в мировой экономической науке; он же стал одним из пунктов обвинения против ученого в годы сталинского террора.
Основываясь на анализе основных показателей конъюнктуры с конца XVIII в., Н. Д. Кондратьев выделяет три больших цикла конъюнктуры: первый цикл — повышательная волна — с конца 80-х—начала 90-х годов XVIII в. до 1810—1817 гг., понижательная
11 Зиновьев Г. Манифест кулацкой партии // Большевик. 1927. № 13. С. 33—47.
12 Процесс контрреволюционной организации меньшевиков. М., 1931. С. 195, 196.
80
Группа профессоров и слушателей Сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева. 1928 г. Во втором ряду (справа налево). А. А. Рыбников, Л. Н. Литошенко, И. А. Каблуков, В. Я. Железнов, Н. Д  Кондратьев, Л. Н. Юровский. (Из личного архива К. Н. Кондратьевой)
волна — с 1810—1817 до 1844 — 1851 гг.; второй цикл — повышательная волна — с 1844 — 1851 до 1870 — 1875 гг., понижательная — с 1870—1875 до 1890—1896 гг.; третий цикл — повышательная волна — с 1891 —1896 до 1914—1920 гг., вероятная понижательная волна — с 1914 — 1920 гг. В ходе этих циклов, считал Кондратьев, проявляется ряд эмпирических закономерностей.
Во-первых, «перед началом повышательной волны каждого большого цикла, а иногда в самом начале ее наблюдаются значительные изменения в условиях хозяйственной жизни общества» — значительные изобретения, ведущие к глубоким изменениям техники производства, изменения техники обмена, условий денежного обращения, усиление роли новых стран в мировой экономике и т. д.
Во-вторых, «периоды повышательных волн больших циклов, как правило, значительно богаче крупными социальными потрясениями и переворотами в жизни общества (революции, войны), чем периоды понижательных волн».
В-третьих, «понижательные волны этих циклов сопровождаются длительной депрессией сельского хозяйства».
6 H Д  Кондраты*»
81
( амоокуиаемости и самофинансирования с учетом создания «фонда валютою накопления».
Он обращает внимание на расширительное толкование понятия кулачества* которое в силу своей неопределенности  «превра щается в борьбу вообще с сильными слоями деревни», с «крепкими, развивающимися слоями деревни . . которые только и могут быть основой товарной продукции» И эта борьба ведется не только но линии хозяйственной, но и общеполитической. Н Д. Кондратьев высказывался против «окулачивания» всех тех крестьян, уровень жизни которых превышает прожиточный минимум, за преодоление крайностей индустриализма, которые ведут к ослаблению экономических связей между промышленностью и сельским хозяйством установлению неэквивалентных отношений между ними и значи тельным материальным изъятиям из деревни
Эти положения Н Д Кондратьева нашли отражение в тезисах «Задачи в области сельского хозяйства в связи с общим развитием народного хозяйства и его индустриализацией», написанных в 1927 г. и известных нам лишь в фрагментах (частично воспроизведенных выше) из статьи Г. Зиновьева, сыгравшей трагическую роль в судьбе ученого, из статьи, в которой его идеи, направленные на дальнейшее воплощение в жизнь принципов нэпа, были квалифицированы в качестве «манифеста кулацкой партии» и.
С 1927 г начинается поворот в экономической политике, при ведший к созданию в стране административно-командной системы Об этом времени Н. Д. Кондратьев впоследствии скажет, что к концу 1927 г. он в «полной мере находился. . . в состоянии опалы», и назовет его «новым курсом социально-экономической политики Советской власти» 12, четко определив, таким образом, рубеж, поворотный момент в экономической политике государства и начало политических перемен, ему сопутствующих.
В тот же период обрывается и научная деятельность Н. Д. Кондратьева, связанная с исследованием многих аспектов проблем экономической динамики, и в частности с изучением больших циклов конъюнктуры, вошедших в мировую экономическую науку как «циклы (волны) Кондратьева».
Важнейшим направлением научной деятельности Н. Д. Кондратьева были исследования закономерностей развития мирового капиталистического хозяйства. Их результат — теория «больших циклов конъюнктуры» — сделал имя Н. Д. Кондратьев&^ирой'о известным в мировой экономической науке; он же стАл одним из пунктов обвинения против ученого в годы сталинского террора.
Основываясь на анализе основных показателей конъюнктуры с конца XVIII в., Н. Д. Кондратьев выделяет три больших цикла конъюнктуры* первый цикл — повышательная волна — с конца 80-х—начала 90-х годов XVIII в. до 1810—1817 гг., понижательная
11 Зиновьев Г Манифест кулацкой партии//Большевик 1927 №13 С 33—47
12 Процесс контрреволюционной организации меньшевиков М , 1931 С 195, 196
80
Группа профессоров и слушателей Сельскохозяйственной академии им К А Тимирязева 1928 г Во втором ряду (справа налево)   А А  Рыбников, Л  Н Литошенко, И А Каблуков, В Я Железное, Н Д Кондратьев, Л  Н Юровский (Из личного архива Е Н Кондратьевой)
волна — с 1810—1817 до 1844—1851 гг.; второй цикл — повышательная волна — с 1844—1851 до 1870—1875 гг., понижательная — с 1870—1875 до 1890—1896 гг.; третий цикл — повышательная волна — с 1891 — 1896 до 1914—1920 гг., вероятная понижательная волна — с 1914—1920 гг. В ходе этих циклов, считал Кондратьев, проявляется ряд эмпирических закономерностей.
Во-первых, «перед началом повышательной волны каждого большого цикла, а иногда в самом начале ее наблюдаются значительные изменения в условиях хозяйственной жизни общества» — значительные изобретения, ведущие к глубоким изменениям техники производства, изменения техники обмена, условий денежного обращения, усиление роли новых стран в мировой экономике и т. д.
Во-вторых, «периоды повышательных волн больших циклов, как правило, значительно богаче крупными социальными потрясениями и переворотами в жизни общества (революции, войны), чем периоды понижательных волн».
В-третьих, «понижательные волны этих циклов сопровождаются длительной депрессией сельского хозяйства».
6 Н Д Кондратьев
81
В-четвергых, «средние циклы, приходящиеся на понижательный период большого цикла, должны характеризоваться длитель-* ностью и глубиной депрессий, краткостью и слабостью подъемов, средние циклы, приходящиеся на повышательный период большого цикла, должны характеризоваться обратными чертами» ,3.
«. . .Развитие понижательной волны постепенно приводит к образованию предпосылок нового длительного подъема, — отмечает Н. Д. Кондратьев. — Подъем этот, разумеется, не является необходимостью. Органические изменения самой системы народного хозяйства могут вообще деформировать характер экономической динамики. Но если таких изменений не произошло, то за понижательной волной последует подъем. Новый цикл не повторяет предыдущего в точности, так как народное хозяйство в конце первого цикла находится уже в новой фазе своего развития. Однако, общий механизм нового цикла в основном считается прежним» н.
Однако во второй половине 20-х годов, когда теория перманентной революции воплотилась в теорию автоматического краха капитализма, всякая точка зрения, основанная на признании наличия у капиталистической экономики потенциала для дальнейшего развития, однозначно трактовалась как антисоциалистическая.
Н. Д. Кондратьеву такой способ критики был знаком.
«Мы недоумеваем. . . — писал он, — в чем усмотрела критика. . . особый оптимизм наших выводов о перспективах (капитализма. — Ред.). Чтобы быть оптимистом или пессимистом в научной работе, необходимо защищать в ней определенную социально-экономическую практическую идею. Этого нет в нашей работе, которая стоит на почве теоретической, и потому наши выводы совершенно индифферентны к пессимизму или оптимизму» 15. Противник «социального пророчества», уверенный в том, что «было бы ошибкой категорию знания бессознательно заменять категорией веры» 16, Н. Д. Кондратьев вряд ли полагал, что ярлыки типа «апологет капитализма», «вульгарный экономист», «трепещущий перед государственными мужами Антанты» 17, со временем превратятся в «теоретическое» обоснование репрессий против него и ряда его коллег.
В 1928 г. выходит последний выпуск «Вопросов конъюнктуры», теоретического сборника Конъюнктурного института, издававше-
13 Кондратьев Н. Д. Большие циклы конъюнктуры // Вопросы конъюнктуры. 1925. Т. 1. Вып. 1. С. 45—48, 54, 55, 58. См. также: Он же. Мировое хозяйство и его конъюнктуры во время и после войны. Вологда, 1922; Он же. Спорные вопросы мирового хозяйства и кризиса // Социалистическое хозяйство. 1923. № 4-5.
14 Кондратьев Н. Д. Динамика цен промышленных и сельскохозяйственных товаров // Вопросы конъюнктуры. 1928. Т. 4. Вып. 1. С. 41.
15 Социалистическое хозяйство. 1923. № 4—5. С. 75. lb Там же. С. 72.
17 Осинский Н. Мировое хозяйство в оценке наших экономистов // Красная новь. 1923. Кн. 2. С. 177, 193, 203.
82
гося согласно постановлению Коллегии Наркомфина от 16 июня 1925 г. Н. Д. Кондратьева снимают с поста директора созданного им Конъюнктурного института, который проводил столь нуждые стране уникальные исследования.
В 1930 г. Н. Д. Кондратьев, Н. И. Макаров, А. В. Чаянов, Л. Н. Литошенко, Л. Б. Кафенгауз и еще ряд «буржуазных» профессоров попадают в руки ОГПУ.
Имя Н. Д. Кондратьева, как и многих других советских людей — ученых, политиков, военных, врачей, рабочих, крестьян, оболганных, ошельмованных тоталитарной административной системой, исчезло почти на 60 лет. Долгих 60 лет переходного периода — от «социализма чувства» к «социализму мысли», от догматизма к плюрализму мнений и плюрализму форм хозяйствования, к исторической правде, без которых социализм — истинный, а не казарменно-утопический и не восторженно-«развитой» —
немыслим.
* * *
Прижизненное издание «Рынка хлебов. . .», выпущенное в 1922 г. издательством ЧНовая деревня» тиражом в 2000 экз., давно стало библиографической редкостью. Сохранности его помимо мизерного тиража отнюдь Ъе^способствовала политическая репутация автора, однозначно призйанного «врагом народа» с самых высоких трибун. Книги нет даже в фондах такой крупной библиотеки, как ИНИОН АН СССР. В Москве она сохранилась лишь в Государственной библиотеке СССР им. В. И. Ленина и в личной библиотеке Ленина в Кремле18. '
Таким образом, монография, содержащая оригинальный взгляд на один из сложнейших и интереснейших периодов отечественной истории и являющаяся, помимо этого, ценнейшим компендиумом источникового материала, постепенно выпала из активного научного оборота. В последние 15—20 лет — вплоть до реабилитации Николая Дмитриевича в 1987 г. — ссылки на нее, да и на другие его работы делались лишь немногочисленными узкими специалистами (если делались вообще).
Предлагаемое издание представляет собой практически аутентичное воспроизведение прижизненно опубликованного текста монографии.
Издатели позволили себе лишь исправить явные опечатки, раскрыть многочисленные авторские сокращения смыслового порядка, несколько изменить систему авторских примечаний (за счет включения в общий корпус примечаний — по техническим причм-
18 Библиотека В. И. Ленина в Кремле. Каталог. М., 1961. № 3046. Помимо «Рынка хлебов. . .» в кремлевской библиотеке Ленина были книги Н. Д. Кондратьева «Мировое хозяйство и его конъюнктуры во время и после войны^ (№3044),   «Мировой  рынок  и  перспективы  нашего  хлебного  экспорта» (№3045)  и сборники статей, вышедшие в 1922—1923 гг. под редакцией, ученого (№ 2924 и 2983).
83
нам — редакционных комментариев с соответствующими поме там и) и привести орфографию и пунктуацию в соответствие с современными нормами 19. Кроме того, были осуществлены редактирование научнсг-справочного аппарата книги, с тем чтобы облегчить пользование им читателю, имеющему навыки работы с действующей в настоящее время системой библиографического описания, а также пересмотр и научная редакция (с доработкой) картограмм, качество которых в оригинальном издании находится на уровне полиграфических возможностей 1922 г., когда книга вышла в свет, но не отвечает условиям и требованиям сегодняшнего дня. Редакторы при этом стремились максимально сохранить особенности оригинала.
Издание подготовлено рабочей группой. Ее состав: д. э. н. Н. К. Фигуровская (руководитель группы; предисловие), к. и. н. А. М. Авраменко (научная редакция картографического и статистического материала приложений), к. э. н. И. А. Егоров (научная редакция примечаний и комментариев Н. Д. Кондратьева), И. Л. Лунден (комментарии), к. э. н. В. В. Симонов (ученый секретарь; предисловие, комментарии). Научно-вспомогательная работа выполнена В. С. Виленской, Ю. В. Кочетыговой, Н. А. Мы-ларщиковой и Е. Д. Никаноровой.
Рабочая группа считает своим долгом отдать дань памяти Е. Д. Кондратьевой, жене ученого, благодаря самоотверженности которой были сохранены уникальные материалы из наследия Н. Д. Кондратьева.
Мы выражаем искреннюю признательность чл.-корр. АН СССР Е. Н. Кондратьевой — дочери ученого — за доброе расположение и неоценимую помощь в работе.
Рабочая группа сердечно благодарит д. э. н. А. А. Конюса, к. филос. н. В. М. Зверева, к. филос. н. И. А. Голосенко, д. т. н. Н. Л. Кафенгауза, Ю. Н. и Н. Г. Макаровых, Т. Н. Камзолову, С. К. Тимофееву, Е. А. Тюрину за любезно предоставленные в распоряжение авторов ценные сведения, а также д. э. н. В. Е. Маневича, к. э. н. А. Е. Городецкого, к. э. н. Е. Б. Муханову за важные замечания, высказанные в ходе подготовки издания к печати.
Живое участие, которое рабочая группа встретила как с их стороны, так и со стороны многих людей, которым небезразлично возрождение имени Н. Д. Кондратьева как одного из ведущих русских советских экономистов, в немалой степени способствовало появлению предлагаемой вниманию читателя публикации.
Я. К. Фигуровская, В. В. Симонов
Титульный лист прижизненного издания
_ «Рынка хлебов. . .» 1922 г.
19 Единственный случай прямого редакторского вмешательства в текст оригинала ввиду явной стилистической его дефектности, с которым рабочая группа сочла целесообразным согласиться, специально выделен квадратными скобками (см. с, 132 настоящего издания). Речь идет о замене одного из прилагательных синонимическим оборотом (без вторжения в логику изложения), повлекшей необходимость соответствующего преобразования конца фразы.
84
Проф. Н- Д- Кондратьев.
РЦНОК ХЛЕБОВ
\ и
ЕГО РЕОЛИРОВАНИЕ ВО
ВРЕМЯ ВОЙЫ „ РЕВОЛЮЦИИ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Настоящая работа рассчитана на несколько частей. Первая часть посвящается анализу рынка хлебов до и во время войны. Вторая — изучению регулирования рынка хлебов и снабжения ими армии и населения во время войны и революции 1914—1918 гг. Наконец, следующие части должны быть посвящены регулированию снабжения хлебами после 1918 г.
Первые две части работы, которые и выпускаются в свет, были написаны в конце 1918—начале 1919 г. и должны были войти составной частью в коллективный труд «Материалы по регулированию народного хозяйства во время войны и революции» под редакцией С. Н. Прокоповича *. Предполагавшееся издание, однако, не состоялось, и с тех пор работа лежала в рукописи. В настоящее время возможность издания ее явилась и она печатается почти в том же виде, как была написана первоначально. С 1919 г. прошло так много времени, что было бы неправильно ограничиться лишь некоторыми изменениями и дополнениями первоначальной рукописи. Представляется гораздо более правильным период с 1919 г. подвергнуть самостоятельному изучению, что мы и предполагаем сделать в последующих частях работы. И это тем более, что с конца 1918 г. главным образом начинается своеобраз-
* Прокопович Сергей Николаевич (1871 — 1955) — русский экономист и публицист. В 1899 г. окончил Брюссельский университет; вступил в «Союз русских социал-демократов за границей». В конце 90-х годов — видный представитель «экономизма», один из первых популяризаторов воззрений Э. Бернштейна в России. В 1904 г — активный член либерально-монархического «Союза освобождения». В 1906 г. — член ЦК партии кадетов. Редактор-издатель (совместно с Е. Д. Кусковой) полукадетско-полуменыневистского журнала «Без заглавия». В 10-х годах исследовал аграрный строй России (см.: Аграрный кризис и мероприятия правительства. М., 1912; Кооперативное движение в России. Его теория и практика. Изд. 2. М., 1918 и др.). В 1917 г. — министр торговли и промышленности (в составе второго коалиционного кабинета) и продовольствия (в третьем коалиционном кабинете) Временного правительства. После Октябрьской революции обратился к педагогической деятельности (в частности, был директором Кооперативного института Совета кооперативных съездов в Москве, в котором в 1918—1920 гг. преподавали профессора А. В. Чаянов, В. И. Анисимов, А. Н. Минин, А. А. Рыбников, Л. Б. Кафенгауз, Л. Н. Литошенко, М. М. Щепкин, Н. М. Покровский, В. И. Хвостов, Н. Д. Кондратьев, а также В. В. Шер, С. Л. Мае-лов и др.). Был в оппозиции Советскому правительству. В 1921 г. вместе с Е. Д. Кусковой и Н. М. Кишкиным входил в Общественный комитет помощи голодающим (Помгол), который использовался в интересах политической оппозиции. В 1922 г. был выслан из страны (см.: Дробижев В. 3. Экономические «исследования» С. Н. Прокоповича и современная буржуазная историография // История СССР. 1959. № 2). (Прим. ред.).
Далее по тексту знаком * отмечены подстрочные примечания редакции (кроме табличного материала).
86
ный период всей экономической политики России, период решительных мероприятий огосударствления всех отраслей народного хозяйства.
Выпускаемые две первые части работы посвящены, собственно, уже пережитому и отошедшему в историю периоду состояния рынка хлебов и регулирования снабжения ими. Однако, нам кажется, что она не лишена некоторого интереса как с точки зрения истории, так и теории и экономической политики.
Прежде всего период, изучаемый в ней, сам по себе представляет большой интерес как по его значению в русской истории, так и своеобразию экономической и в частности продовольственной политики. Далее, изучая его, изучая характер мероприятий, их успехи и неудачи, глубже проникаешь в сущность теоретических вопросов, связанных с рынком, и в частности с рынком хлебов. Наконец, изучение экономической политики прошлого не может не быть интересным для построения политики настоящего и будущего.
В своем исследовании мы стремимся использовать по возможности всю имеющеюся литературу и материалы вопроса. С другой стороны, мы пытались по крайней мере в некоторых частях дополнить выводы и усовершенствовать методы изучения затронутых вопросов, поскольку этекбыло в наших силах и возможностях. Причем на всем протяженймисследования мы старались остаться на строго и объективно-научной точке зрения, как это ни трудно сделать в отношении столь близкого и бурного прошлого.
В связи с этим все свои выводы мы пытались обосновать на фактическом и по возможности статистическом материале.
Использованный нами материал указан в примечаниях. В конец книги мы поместили некоторые табличные приложения, часть которых появляется в печати впервые, например данные отдела сельской экономии об урожае и ценах в 1917 г. и др.
В заключение приносим благодарность всем лицам и учреждениям, оказавшим нам содействие при подборе материалов для данной работы.
Москва, 1 февраля 1922 г. Автор
I
РЫНОК ХЛЕБОВ ПЕРЕД ВОЙНОЙ И ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ
Война глубоко изменила условия существования и функционирования рынка хлебов. Уяснить сущность и значение этих изменении можно лучше всего путем сравнения положения рынка хлебов за последний период перед войной с положением его за время войны.
Глава первая РЫНОК ХЛЕБОВ ПЕРЕД ВОЙНОЙ
1. Движение посевных площадей, урожайности и сборов
Изучая рынок хлебов до войны, мы должны прежде всего остановиться на размерах производства хлебов, т. е. на движении посевных площадей, урожайности и сборов.
Движение посевных площадей по группам хлебов в 72 губерниях и областях России характеризуется цифрами табл. 1.
Из приведенных цифр видно, что общая посевная площадь возрастает. За исключением крупяных рост посевных площадей идет по всем группам хлебов, обнаруживаясь наиболее сильно в группе картофеля и кормовых. Он слабее в группе продовольственных и особенно второстепенных хлебов. По отдельным хлебам из более детальных данных наблюдается при этом такая картина. Посевные площади озимой и яровой пшеницы, ячменя, овса, кукурузы и картофеля возрастают абсолютно и относительно наиболее быстро и неуклонно. Посевные площади озимой и яровой ржи, полбы, гречихи и гороха падают, площади проса, чечевицы и бобов стационарны. В процессе различного движения и роста посевных площадей отдельных хлебов происходит перемещение в пропорции культур. Возрастает относительное значение посевов яровой пшеницы, ячменя и картофеля. Значение посевов ржи, полбы, гречихи, проса и овса падает. Значение прочих хлебов стационарно. Сказанное подтверждается данными табл. 2 о пропорции культур (в % к посевной площади всех перечисленных хлебов). .
Вторым фактором, определяющим производство хлебов, является движение их урожайности. Движение урожайности опреде-
88
Таблица 1 *
Продоволь В среднем за       ствеШ1ЫР Кр> и я н ы с Вгоросте пенные Карто фел ь Кормовые ** Hcei о
-——-1
1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 1909-1913 гг.
48722,7 50682,1 53142,6
В тыс. 5188,4 5208,2 4973,8
десятин 3077,6 2948,3 3109,3
3686,7 24862,7 85538,1 3912,0 26733,9 89484,5 4192,5    28080,1   93498,3
91,6 95,8 100,0
В относительных величинах к средней посевной площади в 1909-1913 гг.
1901-1905 гг. 91,8       104,5 98,9 88,0        88,5
1906-1910 гг. 95,5       104,7 95,0 93,4        95,1
1909-1913 гг. 100,0       100,0        100,0        100,0      100,0
* По данным Центрального статистического комитета «Урожай хлебов» за 1901 — 1913 гг. // Временник Центрального статистического комитета Министерства внутренних дел. СПб.
** В группу продовольственных (главных) здесь и далее входят: пшеница и рожь; в группу крупяных — просо и гречиха, в группу второстепенных (продовольственных) — кукуруза, чечевица, бобы, горох, фасоль, полба; в группу кормовых — ячмень и овес.
Таблица 2 *
Годы Озимая рожь -^-Яроваях-рожь Озимая ^lШleницa Яровая пшеница Кукуруза Полба Гречиха
1901-1905 гг. 1909-1913 гг. 31,23 28,24 0,73 0,54 6,42 6,53 18,56 21,48 1,47 1,56 0,48 0,28 2,83 2,07

Годы Просо Горох Чечевица, бобы Картофель Ячмень Овес
1901-1905 гг. 1909-1913 гг. 3,53 3,24 1,19 1,13 0,47 0,46 4,32 4,47 9,92 11,42 19,15 18,58
* По данным Центрального статистического комитета «Урожай хлебов» за 1901-1913 гг.
1861-1870 гг. 1871-1880 гг. 1881-1890 гг. 1891-1900 гг. 1901—1910 гг.
Таблица 3 *
Крестьянские земли Владельческие земли
Период пуд. с дес.     |          % -- пуд. с дес.    j          %
29 31 34 39 43
100 107 117 134 148
33 37 42 47 54
100 112 127 142 164
* Кауфман А. А. Вопросы экономики и изд. Лемана и Сахарова, 1918.
статистики крестьянского хозяйства.
89
ляется, с одной стороны, социально-экономическими причинами, с другой — причинами естественно-климатическими. Поскольку мы обратим внимание на первые, мы должны констатировать факт постепенного возрастания' урожайности. Под знаком этого возрастания проходят и последние 10—15 лет перед войной. Так, материалы об урожайности всех хлебов по 50 губ. Европейской России дают интересные цифры (табл. 3).
Поскольку мы обратим внимание на естественно-климатические причины, которые главным образом обусловливают ежегодные колебания урожайности, то в этом отношении ближайший период перед войной характеризуется среднегодовыми данными табл. 4 по 47 губ. Европейской России (в пудах на десятину) 1:
Таблица 4
Рожь Пшеница Просо Гречиха Овес Ячмень Картофель * по 50 губ. на крестьянских землях

1901 г.
1902 г.
1903 г.
1904 г.
1905 г.
1906 г.
1907 г.
1908 г.
1909 г.
1910 г.
1911 г.
1912 г.
1913 г. 1901 -1905 гг. 1906— 1910 гг. 1909-1913 гг.
43,0 51,4 50,6 57,2 40,4 34,5 44,0 44,4 51,1 49,6 40,7 58,3 55,2 48,5
44,7
51,0
34,0 48,6 46,4 51,0 42,0 31,3 33,3 37,5 55,4 47,5 29,4 42,5 58,2 44,4
41,0
46,6
34,7 62,2 38,1 28,5 33,4 34,9 41,9 34,0 49,9 55,6 36,1 57,8 55,0 39,4
43,3
50,9
20,3 38,4 22,9 28,2 28,8 28,8 30,9 27,9 34,1 37,5 34,6 41,0 35,6 27,7
31,8
36,6
32,9 51,9 41,2 64,4 47,7 33,2 45,5 47,2 61,1 53,8 42,6 55,4 62,3 47,6
48,3
55,1
37,2 54,2 54,0 51,9 48,4 48,9 48,4 48,6 62,6 57,7 49,8 55,3 63,8 49,1
52,2
57,8
363 439 397 395 432 385 411 394 429 503 453 491 460 405
424
467
Картофель Современное положение культуры картофеля и стоимость его производства. Ч. I. СПб , Министерство земледелия, 1912; Картофель. Современное положение культуры картофеля и стоимость его производства. 4. II. СПб., Министерство земледелия, 1914; Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству за 1915 г Пг., Министерство земледелия, 1915.
Ясно видно, что перед войной Россия находилась в полосе высоких урожаев. Определенно неурожайными для большинства хлебов являются лишь 1901, 1906 и 1911 гг., урожайными — 1902, 1904, 1909, 1910, 1912 и 1913 гг., годами средних урожаев - 1903, 1905, 1907 и 1908.
На фоне описанного движения посевных площадей и урожайности легко понять движение валового сбора хлебов. Размеры и движение валового сбора по 72 губ. и областям * России даны в табл. 5.
90
Таблица 5 :
Год Продовольственные Крупяные Второстепенные

1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 1909-1913 гг.
1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 1909-1913 гг.
В тыс. пудов
2326949,5 183431,3
2288690.2 204914,0
2662547.3 219852,3
В % к среднему сбору за 1909—1913 гг.
87,3 83,6
85,7 93,3
100,0 100,0
142852,2 166622,4 192592,6
74,6 86,6 100,0
Год Картофель Кормовые Всего

1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 1909-1913 гг.
В тыс. пудов \     1592469,7 1215531,1
\   1866072,9 1369326,1
ч2121168,8 1583109,9
В % к среднему сбору за 1909—1913 гг. N75,2 76,9
86,5
100,0 ч 100,0
5461233,8 5895625,6 6779270,9
1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 1909-1913 гг.
* По данным Центрального статистического комитета «Урожай хлебов».
80,5 87,0 100,0
раловой сбор возрастает, достигая в последнее пятилетие перед войной огромной цифры в 6 779 млн. пуд. Главная масса его падает на группу продовольственных, далее — картофеля и кормовых.
Наиболее интенсивно сбор возрастает в группах второстепен-ных,картофеля и кормовых. Причем согласно охарактеризованному выше движению посевных площадей и урожайности рост сбора объясняется в группе второстепенных главным образом повышением урожайности, а в группе картофеля и кормовых — как повышением урожайности, так и увеличением посевных площадей. Рост сбора в группах продовольственных и крупяных менее значителен.
Валовой сбор по всей России и по главным ее частям 8 среднем за 1909—1913 гг. равняется (в тыс. пуд.) 2:
Продовольственные Крупяные Второстепенные
2 274 831,8 192 166,1       169 403,1
248 401,7 17 439,5         42 783,4
260 479,3 22 670           6335,4
По губ. Европейской России По Кавказу
По Сибири, Степному краю и Туркестану По всей России
2 783 712,8
232
218 521,9
91
По губ Европейской России По Кавказу
По Сибири, Степному краю и Туркестану По всей России
Картофель
2 054 752,6 31 450,0 53 215,9
Кормовые
1 374 898.8 139011,5 121 492.5
Всего *ер новых и карюфеля
,6 066 052,4 479 086,1 464 193,1
2 139 418,5        1 635 402.8      7 009 331,6
Итак, валовой сбор хлебов по всей России в среднем за пятилетие перед войной достигает 7 009 331,6 тыс. пуд. Главнейшая и преимущественная часть этого сбора падает на Европейскую Россию.
Размер чистого сбора в среднем за 1909—1913 гг., по данным Центрального статистического комитета, рисуется следующими цифрами (в тыс. пуд.):
По Европейской России По Кавказу
По Сибири, Степному краю и Туркестану По всей России
По Европейской России По Кавказу
По Сибири, Степному краю и Туркестану По всей России
Продовольственные Крупяные Второстепенные
1 901 688 171 083 152 481
205 586 16 280 40 894
189 252 20 714 27 282
22 996 526 208 077 220 657
Картофель Кормовые Всего зерновых
и картофеля
с переводом его
на зерно
1 666 442 1 129 008 3 770 870
25 240 117 475 386 545
40 732 93 661 341 092
1 732 414 1 340 144 4 498 507
2. Крестьянский и владельческий сбор
Для уяснения строения русского рынка хлебов имеет большое значение знать, какую долю в производстве хлебов составляет производство крестьянских хлебов. Ответ на этот вопрос дают следующие материалы. Посевная площадь 4 главнейших хлебов по 63 губ. Европейской России распределялась между крестьянами и владельцами так (в %) 3:
Земли 1896-1900 гг     1906-1910 гг.
Крестьянские 66,8 65,3
Владельческие 33,2 34,7
Таким образе^ на долю крестьянских посевов падает 2/3 их. Эти цифры получены на основании данных Центрального стати-
92
стическою комитета *. Однако он учитывает крестьянские посевы преимущественно лишь на надельных землях и не учитывает или не учитывает достаточно полно крестьянские посевы на землях купчих и арендованных. Поэтому приведенные цифры несомненно преуменьшают крестьянские посевы. И если мы обратимся к переписи 1916 г., то увидим, что посевы распределяются между крестьянами и владельцами несколько иначе. По всей России они распределяются следующим образом (в %) 4:
Земли
Крестьянские Владельческие
Земли
Кр«?« тьянские Владельческие
Продовольственные
92,5 7,5
Кормовые
90,7 9,3
Крупяные
Второстепенные
Картофель
94,0 93,7        93,0
6,0 6,3 7,0
Продовольственные Все хлеба
и кормовые (т е. и карто-
главные хлеба) фель
92,9 8,1
92,1 7,9
Таким образом, по Ъереписи, доля крестьянских посевов получается значительно выше. Принимая, однако, во внимание, что перепись производилась иосщквух лет войны, когда владельческие посевы сократились сильнее, ч&м^крестьянские (см. ниже), нужно признать, что в довоенное времй доля крестьянских посевов была выше, чем это показывают данные Центрального статистического комитета, и ниже, чем показывает перепись. Однако данные переписи по существу могут лишь незначительно преувеличивать долю крестьянских посевов. Поэтому доля их во всяком случае составляла до войны около 85—90 %. Это замечание с поправкой на более высокую урожайность частновладельческих посевов нужно иметь в виду и при рассмотрении приведенных ниже данных Центрального статистического комитета о распределении чистого сбора по 65 губ. между крестьянскими и владельческими хозяй-
г 5
ствами
В среднем за
1893-1897 гг. Крестьянские Владельческие
1909-1913 гг.
Крестьянские
Владельческие
Продовольственные    Крупяные В тыс. пудов
1 030 921 495 264
1 367 053 791 179
104 640 37 299
131 916 56 411
Второстепенные
65 939 34 460
100 044 73 931
* Орган Министерства внутренних дел. См.: Юбилейный сборник Министерства внутренних дел. 1863, 30 аир. 1913 г. СПб., 1913. Шинджикашвили £Я. Министерство внутренних дел России в период империализма (структура, фикции и реакционная сущность, связь с другими министерствами). Омск,
93
1893-1897 гг 1909-1913 гг
В % к доле крестьянских хлебов от общего c6oi
67 6 63 5
73,7 67 0
pa
65,0 57,5
В среднем за
1893-1897 гг Крестьянские Владельческие
1909-1913 гг Крестьянские Владельческие
Картофель
В тыс
715 975 333 519
1 145 282 562 975
Кормовые пудов
544 281 267 964
818 105 459 632
Всего хлеба и картофеля в переводе его на зерно
1 924 775 919 367
2 748 157 1 546 942
В % к доле крестьянских хлебов от общего сбора 1893-1897 гг 68,2 66,2 67 7
1909-1913 гг 67,0 64,0 63,9
3. Баланс производства и потребления хлебов
Обратимся теперь к вопросу о балансе производства и потребления хлебов в России. Характер этого баланса вырисовывается следующими данными сопоставления производства и потребления хлебов в среднем за 1909 — 1913 гг., причем здесь имеется в виду потребление в широком смысле слова: продовольственное, кормовое, семенное и техническое (в тыс. пудов) 6.
Продовольственные Крупяные Второстепенные
Производство 2 783 713 232 276 218 522
Потребление 2 489 268 220 399 159 020
Баланс +294 445 + 11875 +59 502
Кормовые Всего хлебов Картофель
Производство 1 635 403 4 869 914 2 132 418
Потребление 1 345 203 4 213 890 2118 937
Баланс +290 200 +656 022 +20 481
Таким образом, общий баланс производства и потребления хлебов и картофеля сводится в России перед войной с избытком в 656 022 тыс. пуд. хлебов и 20 481 тыс. пуд. картофеля. Причем наибольшая доля этого избытка падает на кормовые и продовольственные хлеба.
Но отмечая наличие большого избытка хлебов за покрытием внутренних потребностей их, мы одновременно должны подчеркнуть, что нормы потребления хлебов на душу в России относительно низки. Приводимые ниже данные позволяют получить пред-
94
CMblUJIU    Kj*U\JDt\J     г ----------
cipaHax в среднем за 1908—1912 и
Итого
Пшеница    Рожь    ржи и
пшеницы
13,1 20,1 15,3 14,8
Австро Венгрия Бельгия Германия Россия Англия Франция
8,0 14,7 5,5 5,5 9,9 14,4
5,1 5,4 9,8 9,3
2,0
16,4
Итого
Ячмень Овес ячменя Всего
и овса
3,6 4,4 8,0 21,1
3,4 5,7 9,1 29,2
5,7 7,8 13,5 28,8
2,7 5,6 8,3 23,1
3,3 5,3 8,6
1,8 8,3 10,1 25,5
Мы видим, что нормы потребления в России являются после Австро-Венгрии самыми низкими. Поэтому можно уже теперь сказать, что избытки хлебов в России, товарность этих хлебов и развитие экспорта их базируется в общем на относительно низких нормах потребления широких масс населения. \
\
\
4. Районы избытков и недостатков
Но как бы то ни было, производство хлебов в России перед войной с избытком перекрыва^твнутреннее потребление их. В уяснении конструкции русского хлебного рынка чрезвычайно важное значение имеет вопрос о районах хлебных избытков и недостатков. Районы этих избытков и недостатков характеризуются приводимыми ниже данными, относящимися ко всем хлебам и картофелю, считая в пудах на душу населения по губерниям и областям в среднем за 1909—1913 гг.8
Район недостатков
Петроградская губ Московская        » Архангельская   » Владимирская    » Сибирь Восточная Олонецкая губ Тверская Костромская Астраханская Лифляндская Калужская Новгородская Нижегородская  » Ярославская Иркутская »
Смоленская       »
Район избытков
-21,43 Таврическая губ
-18,94 Кубанская обл
-10,93 Херсонская губ
-10,27 Донская обл
-9,92 Самарская губ
-9,79 Екатеринославская
-6,61 Бессарабская
-6,31 Терская обл.
-6,26 Ставропольская губ.
-6,14 Саратовская
-6,12 Тамбовская
-6,08 Уфимская »
-5,82 Полтавская
-5,73 Тульская
-5,25 Воронежская »
-4,70 Оренбургская »
»      —
+36,72 +30,55 +30,46 +27,52 +25,1 +24,19 +23,90 +21,47 +16,40 +13,54 +12,23 +11,50 +10,13 +9,20 +8,35 +8,16
95
Ра и он
но {остатков
Вологодская »      —4,29
Витебская »      —3,99
Псковская »      —3,79
Туркестан —3,25
Пермская губ —2,91
Виленская »      —2,75
Закавказье —2,50
Гродненская губ —2,45
Царство Польское —1,78
Могилевская губ —1,76
Минская »      —1,39
Степной край —0,38
Енисейская губ —0,15
Гапон
избытков
Пензенская
Симбирская
Курская
Харььовская
Казанская
Киевская
Подольская
Томская
Рязанская
Орловская
Эстляндская
Вятская
Курляндская
Ковенская
Тобольская
Волынская
Черниговская
+ 7 05 +6 95 +6,70 +6,63 +5,79 +3,94 +3,94 +3,78 +3,28 +2,60 + 1,97 + 1,84 + 1,35 +0,41 +0,34 +0,24 +0,12
Из приведенных данных ясно, что важнейшие районы избытков лежат на юго-востоке Европейской России, захватывая почти все черноземные губернии, кроме Астраханской и Нижегородской, Вятскую губ. из нечерноземной полосы, Ставропольскую губ., Кубанскую и Терскую обл., Предкавказье. Далее, избытки находим мы и в Томской и Тобольской губ. Западной Сибири. Районы недостатков приходятся на северо-запад Европейской России, на ее нечерноземную полосу, за исключением Вятской губ., на Астраханскую и Нижегородскую губ. черноземной полосы, на Енисейскую губ., Восточную Сибирь, Закавказье и Степной край. Таким образом, Европейская Россия рельефно распадается на северозападную область значительных недостатков и юго-восточную значительных избытков. Кроме того, районами относительно незначительных недостатков являются южные, юго-восточные и восточные отдаленные окраины России, взятой в целом. Такова география районов избытков и недостатков (картограмма 1). Для отдельных хлебов она, конечно, различна (приложение 1). Но выясненная география характеризует вместе с тем и географию рынков произ-водительских и потребительских. Вместе с тем она служит одним из важнейших оснований для географии потоков хлебных грузов, для торговых путей, по которым двигаются хлебные грузы. Отмеченная резкая ограниченность районов избытков и районов недостатков рельефно подчеркивает и ту огромную роль транспорта, которую он призван играть в деле переброски хлебных избытков с главнейших производительских рынков на рынки потребительские.
Таким образом мы подходим к изучению хлеботоргового оборота.
96
„ ,,        „   - Перевозки водные п/
Наименование Валовой сбор и ^езнодорожиыв % пеРевозок
хлебов по всей стране (количеСтво товарного от валового сбора
пуд* ^леба пуд**) (норма товарности)
Рожь 1 429 605 800 *   137 747 800 9,6
Пшеница 1 354 107 400 454 245 400 33,5
ГРечиха 73 241 900 6 662 600 9,1
ПРосо 159 033 800 9 545 600 6,0
Полба 11 859 100 1 093 200 9,3
Кукуруза 133 383 900 49 051 600 36,9
Г°Р°Х 50 891 800 15 772 400 31,0
Картофелг 2 139 418 500 48 873 000 2,3
Овес 964 720 900 189 618 800 19,7
Ячмень 670 683 000 187 720 800 28,0
Продовольственые 2 783 713 200 591993 200 21,3
Кормовые 1 635 403 900 377 339 600 23,1
Второстепенные 196 134 800 65 917 200 33,6
Крупяные 232 275 700 16 208 200 7,0
4 главных хлеба 4 419 Ц7 100 969 332 800 21,9 (рожь, пшеница, овес и ячмень)
Остальные хлеба без 2 567 829 000
^umu,  *»*^»~»----,—,
овес и ячмень) .      „„---- 130 998 400 5,1
4 главны a f г
Итого 6 986 946x100        1 100 661 zuu A„,v,
* Валовой сбор исчислен по данным ДДентрального статистического комитета Причем в подсчет не включены чечевица и бобы Поэтому общий итог сбора и не совпадает с показанным
выше за 1909-1913 гг
** Железнодорожные перевозки взяты по данным «Сводной статистики перевозок но русским железным дорогам 1893—1917* Спб , Мин-во финансов Водные перевозки взяты но данным статистических сборников «Перевозки по внутренним водным путям 1877—1917* Пг., Мин во путей сообщения
5. Нормы товарности хлебов и количество товарного хлеба
Первые вопросы, которые мы должны осветить при изучении хлеботоргового оборота, — это вопросы о нормах товарности хлебов и затем о количестве товарного хлеба. Норму товарности хлебов мы понимаем как процентное отношение количества поступающего на рынок хлеба к сбору его (методы исчисления товарности см. в пояснении к табличному приложению 2). Нормы товарности и количество товарного хлеба, вычисленные на основании данных о сборе и перевозках хлебов в среднем за 1909—1913 гг., характеризуются приведенными выше цифрами.
Наиболее товарными хлебами являются кукуруза, пшеница, горох и ячмень, наименее товарными — картофель, просо, полба, рожь. Наибольшее количество товарного хлеба дает пшеница, овес, ячмень, рожь и кукуруза. Общая сумма товарного хлеба равняется 1100,3 млн. пуд. Но так как ртатистика перевозок учитывает далеко не все количество товарного хлеба, то нужно признать, что размеры суммы товарного хлеба и нормы товарности здесь несколько преуменьшены.
7 Н Д Кондратьев
97
ностКиРТ Г™' приведеиная та°л 6 не дает различий в товар Иш,ш и боРпрГаМ И "° ^^ьческим и крестьянским хлебам иным и более сложным методом  см пояснение к приложению 2\
не^шиГ'хлГо РаСЧ6Т П° ГуберНИЯМ И36ЫТК0В Д- нГьфГв"^ (табТб) ^   СЛедуЮЩУю  табли«У   норм   товарности
Таблица 6 *
Райо
Центрально
Земл еде л ьческ и й
Средневолжский
Нижневолжский
Новороссийский
Юго Западный
Малороссийский
Предкавказье
Приуральский
Западная Сибирь
В среднем
* Источники и к приложению 4
** Приводятся л
Пшеница
общ крест | влад общ
43,4 34,2 83,4 17,8
62,6 61,6 80,0 29,7
65,5 63,7 86,1 35,7
77,4 77,3 77,8 48,8
45,5 16,2 85,8 14,4
45,1 36,0 78,5 16,7
47,7 45,8 79,4 29,6
11,3
15,2 14,9 80,9 21,1
55,7 51,3 81,1 23,3
Рожь Овес и ячмень
| крест влад общ крест j влад
14,5 43,7 45,2 38,2 82,4
27,8 52,7 34,5 31,3 63,8
38,9 4,1 4,1 3,4 16,3
46,0 62,8 51,3 42,5 69,8
13,8 20,3 7,3 _ 63,0
14,4 38,1 22,3 16,0 52,7
31,0 39,1 39,8 27,5
11,4 15,1 15,1 _
21,1 - 3,9 3,9
21,5 42,0 33,8 28,8 65,8
принципы расчета, относящиеся к данной таблице, см [ишь губернии с избытками хлебов
в пояснении
Из данных табл. 6 мы видим, что наиболее товарным хлебом является пшеница, затем овес с ячменем и, наконец, рожь. Наивысшая товарность хлебов наблюдается, с одной стороны, в районах максимальных избытков их, как Новороссия, Предкавказье, с другой стороны, — в районах, лежащих на больших водных путях, как Средневолжский и Нижневолжский районы, или вблизи потребительских рынков, как Центрально-Земледельческий район.
Причем основное значение для высоты нормы товарности имеет, по-видимому, первый фактор. Вот почему в районах, хотя и расположенных на удобных торговых, и в частности водных, путях, но обладающих относительно незначительными избытками данных хлебов, мы имеем низкую товарность для них, например: в Нижневолжском — для овса и ячменя, в Юго-Западном — для ржи, овса и ячменя.
Товарность крестьянских хлебов хотя и вычислена в приведенных ниже данных с некоторым повышением, тем не менее значительно ниже товарности владельческих хлебов. Этот факт, с непреложностью устанавливамый приведенными данными, находит свое резкое отражение, когда мы переходим к рассмотрению количества товарного хлеба с подразделением его на крестьянский и владельческий по губерниям избытков:
98
п о Ов0С И .д
Пшеница      Ро кь ячмень Итого
Количество крестьянскою товарного хлеба тыс      нуд * Количество вчадельческого товарного хлеба, тыс нуд Общая сумма товарного хлеба, тыс пуд Крестьянские товарные хлеба, % общей суммы товарного хлеба Производимые крестьянские хлеба, % общего произ веденного хлеба
* Источники и принципы расчета см в пояснении к приложению 4
Итак, общее количество товарного хлеба четырех главнейших его видов составляет около 1 180 532 тыс. пуд. Из этой массы на долю крестьянского товарного хлеба падает 926 191,3 тыс. пуд., или 78,4 %. В то же время крестьянское производство хлеба в этих губерниях доставляет 87,9 % общего производства.
Обращает на себя внимание то, что норма товарности четырех главнейших хлебов к .товарное количество их здесь выше, чем в предыдущей таблице.^Однако противоречие здесь лишь видимое и объясняется весьма понятными методологическими приемами расчета. Вдумываясь в тот и другой прием (см. объяснения к приложению 2), легко, наоборот, прийти к заключению, что между первым и вторым расчетом существует полное внутреннее согласие, и так как первый метод несколько преуменьшает, а второй преувеличивает количество товарного хлеба, то товарное количество 4 главнейших хлебов нужно приравнять приблизительно 1 100 млн. пуд., а товарное количество всех хлебов — приблизительно 1 300 млн. пуд.
Из предыдущего анализа вопроса о товарности хлебов нужно сделать некоторые для уяснения рынка хлебов весьма важные заключения.
Мы констатировали факт относительно низкой товарности крестьянских хлебов. В то же время крестьянские хозяйства играют преобладающую роль в снабжении рынка хлебов. Но роль эта при низкой товарности крестьянских хозяйств обусловливается количественным моментом, моментом подавляющей массы этих хозяйств сравнительно с числом владельческих хозяйств. Так, по данным сельскохозяйственной переписи 1916 г., число хозяйств составляло9:
Крестьянские хозяйства
По 47 губ
Европейской 15 492 202
России
По всей России без Туркестана       18 671 238
7*
462 470 4 116 060,6 579 031,0 79,9
86,4
180 9Ь5,3 34 710,2 215 675,5 83,9
91,2
282 255,6 103 569,9 385 825,5 73,1
86,3
926 191,3 254 340,7 1 180 532,0 78,4
87,9
Частновладель-/0     ческие хозяйства
99.3 110 031        0,7    15 602 233    100
99.4 120 062        0,6    18 791 306    100 99
Владельческие хозяйства также играют крупную роль в снабже нии рынка хлебов. И значение это обусловливается не количе ственным, а качественным моментом, моментом высокой товарности этих хозяйств.
Отсюда вытекает прежде всего та характерная черта русского хлебного рынка, которую можно было бы назвать его высокой инертностью. Действительно, при отмеченном подавляющем значении числа крестьянских хозяйств, при отмеченной также низкой норме потребления русского массового, т. е. прежде всего крестьянского, населения, очевидно, что всякое изменение условий, влекущее за собой повышение потребления этого населения и понижение товарности крестьянских хозяйств, должно вызывать огромную силу инерции в направлении к сокращению количества товарного хлеба и обусловливать кризис хлебного рынка и наоборот.
Из изложенного выше далее вытекает положение о сильной зависимости русского хлебного рынка от положения владельческих хозяйств ввиду их высокой товарности.
Ясно, что резкое потрясение продукции владельческих хозяйств при прочих равных условиях также должно вести к кризису рынка. Если же произошло бы сочетание того и другого явления, то положение русского хлебного рынка было бы особенно тяжело. Такое сочетание мы и видим во время войны и революции.
В этих двух характерных чертах русского хлебного рынка в его зависимости от уровня потребления крестьянского производящего населения и товарности крестьянских хозяйств и его зависимости от состояния владельческих хозяйств, на наш взгляд, лежат основные корни чрезвычайного кризиса хлебного рынка и снабжения хлебами, какой мы встречаем во время войны и революции, когда одновременно, с одной стороны, повысилось массовое крестьянское потребление и понизилась и без того низкая товарность крестьянских хозяйств, и с другой стороны, владельческое хозяйство пережило сначала серьезное потрясение, а потом крушение.
6. Динамика товарности хлебов и хлеботоргового оборота
Товарность хлебов и соответственно размер хлеботоргового оборота — явление подвижное и развивающееся. Движение товарности хлебов и хлеботоргового оборота достаточно точно отражается данными о железнодорожных и водных перевозках хлебов, так как в перевозку поступает почти исключительно товарный хлеб. Данные о перевозках всех хлебных грузов говорят следующее 10:
100
В среднем за
1895-1900 тт
1901-1905 гг
1906-1910 гг
1909-1913 гг.
В среднем за
1895-1900 гг.
1901-1905 гг.
1906-1910 гг.
1909-1913 гг.
По железным дорогам, По водным путям, По железным По водным
тыс пуд тыс пуд дорогам, % путям, %
701 716,1 218 024,8 100 100
946 164,0 291 586,8 135 134
1 121 221,8 272 121,4 160 125
1 270 003,4 300 567,6 181 138
Общее количество перевезенного хлеба, тыс пуд
919 731,0 100,0
1 237 750,8 134,6
1393 343,2 151,8
1 570 571,0 171,0
Жел -дор перевозки, % к общему количеству перевозок
76,4 76,5 80,5 80,9
Отсюда мы ясно видим, что размер хлеботоргового оборота возрастает. Главнейшая часть перевозок совершается железными дорогами, так что железнодорожные перевозки сами по себе могут служить достаточно точной характеристикой динамики хлеботоргового оборота. Объясняется ли отмеченный рост хлеботоргового оборота только ростом производства, наличность какового мы отмечали выше, или бдновременно увеличивается и норма товарности хлебов? Чтобы определить движение нормы товарности, рассмотрим общее количеств^перевозок в % к производству хлебов (причем картофель исключается):
В среднем за
1901-1905 1906-1910 1909-1913
Производство всех хлебов, тыс. пуд по 72 губ *
гг. 3 923 999,7
гг. 4 096 571,3
гг. 4 718 729,3
Перевозки всех хлебных грузов, тыс. пуд.**
1 237 750,8
1 393 343,2       '
1 570 571,0
% перевозок к производству
31,6 34,0 33,3
* По данным Центрального статистического комитета В число хлебов включено льняное и конопляное семя, не включен картофель
** Сводная статистика перевозок по русским железным дорогам. 1893—1917, Перевозки по внутренним водным путям. 1877—1917.
Очевидно, что и общая норма товарности хлебов возрастает, хотя и медленнее, чем размеры хлеботоргового оборота.
Если мы теперь обратимся к торговому обороту и товарности отдельных главнейших хлебов, поскольку он характеризуется железнодорожными перевозками, то получим картину, изображенную в табл. 7.
Таблица 7 *
Перевозки пшеницы Перевозки ржи
В среднем за тыс пуд. % % к производству тыс. пуд. % % к производству
1895-1900 гг. 1901-1905 гг. 1906-1910 гг. 4908-1912 гг, 151 172 208 218 275 381 292 004 100,0 137,8 182,1 193,2 21,8 21,9 26,4 23,8 72067 84556 79904 72209 400,0 447,8 444,0 400,3 5,8 6,6 6,4 5,4
404
Таблица 7 (окончание)
II ерепоши о нса Перевозки ячменя
В срояне м за ТЫС  ii v д % к про iii тыс п>т, % % к прои \
водств\ водству
1895- -1900 п 91 552 100,0 13,0 36 949 100,0 10,3
1901- -1905 гг 118 667 129,6 16,3 60 766 164,7 14,3
1906- -1910 гг 118 442 129,4 14,1 99 643 270,0 18,8
1908- -1912 гг 130 912 142,9 14,6 116 425 315,5 19,9
* Сводная статистика перевозок но русским железным дорогам  1893—1917
Наиболее сильный рост торговых оборотов и товарности обнаруживают ячмень и пшеница, менее сильный рост их дает овес и стационарные — рожь.
7. Движение товарного хлеба на внутренний и внешний рынок
Для обслуживания какого же рынка движется русский товарный хлеб? Ответ на этот вопрос мы найдем, рассматривая следующие данные о соотношении железнодорожных перевозок всех хлебных грузов во внутреннем и внешнем сообщении:
R Во внутреннем Во внешнем Во внутреннем    Во внешнем
среднем за сообщении сообщении сообщении сообщении
В млн пудов В %
1895-1900 гг         250,73 327,44            43,4 56,6
1901-1905 гг         327,90 416,80            44,1 55,9
1906-1910 гг         434,50 463,00            48,4 51,6
1908-1912 гг         452,08 513,46            46,8 53,2
Из приведенных данных видно, что перевозки во внутреннем сообщении, а следовательно, и емкость внутреннего рынка возрастают, в то время как перевозки во внешнем сообщении имеют тенденцию, абсолютно возрастая, относительно падать. Следовательно, значение внутреннего рынка для сбыта русских хлебов, хотя и медленно, увеличивается.
Переходя теперь к вопросу экспорта-импорта хлебов, приведем следующие суммарные данные 11:
Вывоз из России   „г. „
всех хлебов, Вв03 в Россию'    Выв03
тыс пуд тыс ПУД превышает ввоз
1898-1902 гг. 417 470 2 265 +415 205
1903-1907 гг. 563 200 8 701 +554 499
1908-1912 гг. 632 950 19 433 +613 517
1909-1913 гг. 675 372 19 921 +655 452
Таким образом, чистый вывоз из России достигает 650 и более млн. пуд. Ввоз хлебов ничтожный.
102
Таблица 8
Хлеба
В тыс н>д
1898-1902 п
1909- 191 3 п
В % к среднему за 1909 1913 гг 1898-1902 п    I  1909 -1913 i г
Рол<ь
Пшеница
Ячмень
Овес
Гречиха
Просо
Кукуруза
Горох
Бобы, фасоль и чечевица Картофель
80 354 145 231 83 268 55 485
1 505 850
38 431 5 650,6 4 103
2 592,4
39 995,4 258 776,0 226 991,6 66 428,6 3 179 2 001 46 573,4 13 580,8 8 980
10 866,6
200,9 56,2 36,7 83,6 47,4 42,5 82,5 41,6 45,7
23,8
100 100 100 100 100 100 100 100 100
100
Характеристику вывоза отдельных хлебов содержат данные табл. 812.
Таким образомГ* наибольшее количество вывоза падает на пшеницу и ячмень. Возрастание экспорта обнаруживают все хлеба, за исключением ржйч Особенно сильный темп роста экспорта дают картофель, ячмень;\горох, просо, бобовые, гречиха и пшеница.
8. Транспорт и торговые пути
Рост хлеботорговых оборотов, развитие товарности хлебов и увеличение экспорта их стоят в тесной связи с вопросом о торговых путях и транспорте как основе этих путей. В первой половине XIX в. водный и гужевой транспорт являлся основным. С 60-х годов XIX в. начинается строительство железнодорожных путей, имеющих экономические задачи. Соединив первоначально основной потребительский рынок — Москву с некоторыми производительными   районами   Центра,   Поволжья   и   Юго-Востока, а также еще ранее с Петроградом и порты Балтийского и Черного морей с производительными районами, железнодорожный транспорт явился новым фактором строения рынка и снабжения внутренних потребляющих центров. Далее с 70-х годов на железнодорожный остов 60-х годов начинает наноситься все более густая железнодорожная сеть, работа которой быстро возрастает. Рост протяжения железных дорог, их подвижного состава и товарных перевозок идет чрезвычайно быстро, что видно из приведенных ниже данных 13
1885 г. 1895 г. 1905 г. 1910 г.
Протяжение, версты
24 041 32 491 55 602 59 702
Число паровозов
6 317 8123 17 006 19 877
Перевозки товаров большой и малой скорости, млн пуд.
2 616,0 4 741,2 8 355,2 И 770,4
103
Железные дороги производят целую революцию в хлебной про дукции и в хлеботорговом обороте14. Проникая в глухие и дев ственные районы Юго-Востока, Востока и Сибири, связывая их тесными нитями с внешними и внутренними рынками сбыта, они резче дифференцируют хлебопроизводящие и хлебопотребляющие районы, расширяют поле товарного производства хлебов, форсируют их товарность, увеличивают размер хлеботоргового оборота. Они роняют прежнее значение водных и гужевых путей и роль концентрирующих торговых центров. Пролегая по обширной российской равнине, они стягивают теперь к многочисленным станциям более, чем когда-либо, и распыленный крестьянский хлеб, перебрасывая его на потребительские и экспортные рынки. Тем самым железные дороги усиливают органическую связь между территориальными единицами национального народного хозяйства, усиливают продовольственную зависимость хлебопотребляющих районов от районов хлебопроизводящих, усиливают связь национального хлебного рынка с рынком мировым.
Революционизирующему влиянию железных дорог на географию хлебной продукции и торговли, втягиванию ими в хлеботорговый оборот отдаленных невыпаханных районов немало способствует и окончательно установившаяся с 1896/97—1901 г. тарифная политика *. В основу ее кладутся принципы двойственности и дифференциальности. Первый сводится к тому, что перевозки в вывозном и внутреннем сообщении оплачиваются различно. Так, перевозки хлебов в зерне при вывозном сообщении на расстоянии до 540 верст оплачиваются выше и лишь на расстоянии свыше 540 верст — одинаково. Второй принцип сводится к тому, что стоимость перевозки с пуда и версты понижается по мере увеличения расстояния. Таким образом, ясно, что тарифная политика способствует втягиванию в хлеботорговый оборот все более и более отдаленных районов и открывает пред русским хлебом дальних районов одинаково удобный торговый путь на внутренние и экспортные рынки.
Из предыдущего изложения ясно, что по мере роста значения рынка и органической связи между отдельными районами национального хозяйства транспорт, и в особенности железнодорожный транспорт, становится все более важным и решающим фактором снабжения хлебами потребительских центров. Пути сообщения являются теми каналами, которые связывают резко выдифферен-цировавшиеся районы производства и районы потребления. Но если так, то необходимо отметить две особенности русской железно-
* В основе тарификации железнодорожных перевозок лежало дифференцирование ставок в зависимости от расстояний. Подробнее см.: Китанина Т. М. Хлебная торговля России в 1875—1914 гг. Л., 1978. С. 77—95; она же. Программа экономического освоения Севера и тарифная политика С. Ю. Витте (к оценке челябинского тарифа) // Проблемы крестьянского землевладения и внутренней политики России. Л., 1972. С. 121—209. О тарифной политике в годы первой мировой войны см.: Китанина Т. М. Война, хлеб и революция. Л., 1985. С. 39—47.
104
дорожной сети. При всем своем развитии наша железнодорожная сеть остается относительно малогустой, маломощной. На это указывают приведенные ниже данные15.
Страна
Великобритания
Германия
Франция
Австрия
Италия
С.-А. Соединенные
Румыния
Россия
Годы, к которым" относятся сведения
Приходится верст жел дор на 100 км2 территории
1912 12,0
1913 11.7
1913 9,4
1913 7,7
1913 6,2
1913 4,3
1913 2,9
1914 0,32
Отсюда ясно, что относительная мощь нашего железнодорожного транспорта, а следовательно, и прочность внутренних хлеботорговых связей наших относительно весьма невелика и разрыв, расстройство транспортных путей представляется легко осуществимым, что мы и наблюдали во время войны. Это, во-первых.
Во-вторых, по своему расположению наш железнодорожный транспорт особенно ^лаб именно в юго-восточных хлебопроизводящих районах. Эта черта его, наглядно иллюстрируемая нижеследующими цифрами, Ъдо рал а роковую роль в развитии кризиса рынка хлебов во время воины 16.
Приходилось к 1 января 1912 г. верст жел. дор. на 1000 верст* территории
8,7 0,5
Районы к 1 янваРя *»«    BePcJ Районы
жел. дор. на 1000 верст
территории
Привислинский 30,4 Кавказ
Промышленный 18,0 Сибирь
Средневолжский 10,4
Такова общая характеристика важнейшего вида транспорта — железнодорожного как основы торговых путей. Торговые потоки товарного хлеба идут по нему в двух основных направлениях: с одной стороны, к портам и пограничным пунктам, с другой — на внутренние потребительские рынки.
Чтобы получить представление о главнейших потоках хлебов на внешний и внутренний рынок, посмотрим, из каких же губерний преимущественно отправляется хлеб на те и другие рынки. В табл. 9, где взяты губернии, вывозящие 4 главнейших хлеба и муку в количестве не менее 10 млн. пуд. в среднем за 1909— 1911 гг., находим ответ на этот вопрос  .
Таким образом, губернии экспорта на внешний рынок .расположены почти исключительно по южной окраине России, производящей пшеницу и ячмень. Исключение составляет Уфимская губ. с ее ржано-пшеничным экспортом и Пензенская — с овсяным. Губернии, экспортирующие главным образом на внутренний 'рынок, расположены преимущественно в Центрально-Земледедьче-
105
Таблица 9
Вывозящие преимущественно т е ие ^tiiee 50 °о на внешние рпньи
1 \бериии общий вывоз тыс пут. вывоз на внешний рынок тыс н\\ вывоз на внешний рынок % к общему вывозу (в тыс пуд )
Бессарабская 24644,6 18953 8 76,9
Донская обл 67334,8 47382,5 70,4
Екатеринославская 77482,4 49999,5 64,6
Пензенская 11658,9 6981,5 59,8
Подольская 13222,6 6625,4 50,1
Таврическая 26834,1 22993,9 85,6
Уфимская 10437,4 6028,8 57,7
Херсонская 74881,2 64903,8 86,6
Кубанская обл 66053,9 54827,9 83,0
Ставропольская 21109,7 17115,2 81,1
Губернии Вывозящие преимущественно 50 % на внутренние рынки т е не менее
общий вывоз, тыс пуд вывоз на внутрен ний рынок вывоз на внутренний рынок, % к общему вывозу
Воронежская 25 997,4 18 254,2 70,2
Киевская 22 231,6 13 663,8 61,5
Курская 18 638,4 14 394,3 77,2
Нижегородская 10 852,6 9 063,8 98,4
Орловская 18 194,5 13 489,9 74,2
Полтавская 37 904,8 26 966,7 71,2
Рязанская 16 748,5 12 547,3 75,0
Самарская 65 689,5 41 138,0 62,7
Саратовская 48 427,7 26 875,9 55,5
Тамбовская 43 096,9 24 797,0 57,6
Тульская 24 418,4 16 565,4 67,9
Харьковская 31 872,5 22 521,3 80,7
Ярославская 25 355,1 18 817,5 74,3
Терская обл 13 107,9 8 158,9 62,8
Томская 13 344,5 13 272,5 98,1
ском и волжских районах. Обращают на себя внимание потребляющие подчеркнутые здесь губернии Нижегородская и Ярославская. Это губернии развитого мукомолья, перерабатывающие привозное зерно. И экспорт их основан на вывозе муки.
Таковы отправные центры потоков товарного хлеба. Обратимся теперь к дальнейшей характеристике движения этих потоков.
Распределение хлеботоргового потока, ведущего из указанных производительных центров на внешние рынки, между группами
106
Таблица 10
Наимснова н ие протдк тов
В порти
Ь л ITHIK ко
I о и Север но го морей
В ю 1 hi к порти
В станции з шаднои сухон>тнои i рапицы
В i грм in i кис пор"i и idi раним ные стан ции
Beet о
тыс п>Д*
Все хлебные грузы
В том числе
пшеница
ячмень
рожь
овес
мука
27,0
19,0 2,4 23,0 78,4 76,2
61,5
79 7 92,3 67,0 13,1 21,0
5,0
0,8 1,5 6,0 1,5 2,7
6,5
0,5 3,8 4,0 7,0 0,1
100,0
100,0 100,0 100,0 100,0 100,0
612466
258807 103525 27637 80383 34293
экспортных пунктов и тем самым направление в движении хлебных грузов видны из данных табл 10 (в %) за 1910 г.18
Таким образом, основная масса экспортных грузов направляется к южным портам. По отдельным хлебам это особенно заметно на ячмене и пшенице, хлебах южного производства. В значительной мере это заметно и на ржи. Наоборот, овес и благодаря, как мы уже отмечали, наличию сильных мукомольных центров в центральнопотребляюпдей полосе России мука направляются преимущественно к портам Балтийского моря.
Обращаясь теперь к прослеживанию потоков хлебных грузов из районов экспорта на внутренние рынки, мы должны сказать, что движение этих хлебных грузов чрезвычайно сложно. Их ввозит каждая потребляющая губерния и ввозит из нескольких производящих губерний и наоборот. Если иметь в виду межгубернскую торговую связь, то связь эта характеризуется отчасти данными о распределении вывоза и ввоза между губерниями. На основании этих данных можно показать, насколько сложна эта торговая связь. Посмотрим, например, во сколько ввозящих губерний отправляют хлеб некоторые вывозящие губернии и, наоборот, из какого числа вывозящих получают некоторые ввозящие губернии (табл. 11) 19.
Отсюда ясно, что внутренние хлеботорговые связи в высшей степени сложны и многообразны.
Таблица 11
Губернии вывозящие Число г рожь уберний, пше ницу в которы овес е отправл ячмень яютданн муку пшеничную ые вывоз муку ржаную ащие губ< крупу ;рниж пшено
Курская Тамбовская Саратовская Оренбургская 7 13 12 12 3 7 12 19 11 17 14 7 3 3 1 12 18 19 15 10 17 17 5 10 11 2 4 17 14 19 '
107
Таблица 9
Губернии Вывозящие преимущественно, т.е. не менее 50 % на внешние рынки
общий вывоз, тыс. пуд. вывоз на внешний рынок, тыс. пуд. вывоз на внешний рынок, % к общему вывозу (в тыс. пуд.)
Бессарабская 24644,6 18953,8 76,9
Донская обл. 67334,8 47382,5 70,4
Екатеринославская 77482,4 49999,5 64,6
Пензенская 11658,9 6981,5 59,8
Подольская 13222,6 6625,4 50,1
Таврическая 26834,1 22993,9 85,6
Уфимская 10437,4 6028,8 57,7
Херсонская 74881,2 64903,8 86,6
Кубанская обл. 66053,9 54827,9 83,0
Ставропольская 21109,7 17115,2 81,1
Вывозящие преимущественно, т. е. не менее 50 % на внутренние рынки
Губернии общий вывоз, тыс. пуд. вывоз на внутренний рынок вывоз на внутренний рынок, % к общему вывозу
Воронежская 25 997,4 у    18 254,2 70,2
Киевская 22 231,6 13 663,8 61,5
Курская 18 638,4 14 394,3 77,2
Нижегородская 10 852,6 9 063,8 98,4
Орловская 18 194,5 13 489,9 74,2
Полтавская 37 904.8 26 966,7 71,2
Рязанская 16 748,5 12 547,3 75,0
Самарская 65 689,5 41138,0 62,7
Саратовская 48 427,7 26 875,9 55,5
Тамбовская 43 096,9 24 797,0 57,6
Тульская 24 418,4 16 565,4 67,9
Харьковская 31 872,5 22 521,3 80,7
Ярославская 25 355,1 18 817,5 74,3
Терская обл. 13 107,9 8 158,9 62,8
Томская 13 344,5 13 272,5 98,1
ском и волжских районах. Обращают на себя внимание потребляющие подчеркнутые здесь губернии Нижегородская и Ярославская. Это губернии развитого мукомолья, перерабатывающие привозное зерно. И экспорт их основан на вывозе муки.
Таковы отправные центры потоков товарного хлеба. Обратимся теперь к дальнейшей характеристике движения этих потоков.
Распределение хлеботоргового потока, ведущего из указанных производительных центров на внешние рынки, между группами
106
Таблица 10
Наименование продуктов В порты Балтийско- В южные В станции западной В германские порты и заграничные станции Всего
го и Северного морей порты сухопутной границы % тыс. пуд.
Все хлебные 27,0 61,5 5,0 6,5 100,0 612466
грузы
В том числе
пшеница 19,0 79,7 0,8 0,5 100,0 258807
ячмень 2,4 92,3 1,5 3,8 100,0 103525
рожь 23,0 67,0 6,0 4,0 100,0 27637
овес 78,4 13,1 1,5 7,0 100,0 80383
мука 76,2 21,0 2,7 0,1 100,0 34293
экспортных пунктов и тем самым направление в движении хлебных грузов видны из данных табл. 10 (в %) за 1910 г.18
Таким образом, основная масса экспортных грузов направляется к южным портам. По отдельным хлебам это особенно заметно на ячмене и пшенице, хлебах южного производства. В значительной мере это заметно и на ржи. Наоборот, овес и благодаря, как мы уже отмечали, наличию сильных мукомольных центров в центральнопотребляющей полосе России мука направляются преимущественно к портам Балтийского моря.
Обращаясь теперь к прослеживанию потоков хлебных грузов из районов экспорта на внутренние рынки, мы должны сказать, что движение этих хлебных грузов чрезвычайно сложно. Их ввозит каждая потребляющая губерния и ввозит из нескольких производящих губерний и наоборот. Если иметь в виду межгубернскую торговую связь, то связь эта характеризуется отчасти данными
0 распределении вывоза и ввоза между губерниями. На основании этих данных можно показать, насколько сложна эта торговая связь. Посмотрим, например, во сколько ввозящих губерний отправляют хлеб некоторые вывозящие губернии и, наоборот, из какого числа вывозящих получают некоторые ввозящие губернии (табл. 11) 19.
1 Отсюда ясно, что внутренние хлеботорговые связи в высшей степени сложны и многообразны.
Таблица 11
Число губерний, в которые отправляют данные вывозящие губернии
Губернии вывозящие рожь пшеницу овес ячмень муку пшеничную муку ржаную крупу пшено
Курская 7 3 11 3 12 10 10 4
Тамбовская 13 7 17 18 17 11 17
Саратовская 12 12 14 3 19 17 2 14
Оренбургская 12 19 7 1 15 5 19
107
Таблица 11 (окончание)
Число г>берний , в которые отправляют данные ввозящие губернии
Губернии ввозящие рожь * пше ницу овес ячмень муку пше ничную муку ржаную крупу пшено
Петроградская 25 15 28 22 39 29 16 9
Московская 16 16 16 17 32 23 18 18
Смоленская 10 8 5 21 13 10 10
Вологодская 6 5 4 1 18 9 1 4
9. Последовательность поступления хлебов на рынок в течение года
Мы ознакомились с положением внутреннего и внешнего рынка наших хлебов и их взаимоотношением. Для дальнейшего уяснения механизма рынка остановимся на вопросе о ходе поступления хлебов на рынок в течение года. Помесячный ход поступления главнейших хлебов — ржи, пшеницы и овса на рынки виден из следующих, правда, несколько устарелых (в среднем за 1897— 1904 гг., в млн. пуд.) данных   :
Август    Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь Январь
10 торговых рынков 23,0       28,8 28,2 19,6 13,7 10,9
13 внутренних рынков 4,9         6,9 6,2 5,1 5,4 2,6
Итого 27,9       35,7 34,4 24,7 29,1 13,5
Февраль    Март Апрель Май Июнь Июль
10 торговых рынков 11,8       10,3 11,8 16,2 17,8 9,5
13 внутренних рынков 2,6       5,9 5,3 2,8 3,5 2,5
Итого 18,0      16,2 17,1 19,0 21,3 12,0
Из приведенных цифр ясно, что наибольшее количество поступления хлебов на рынок падает на август—декабрь, наименьшее — на июнь и июль. Иначе говоря, реализация русского хлеба и его предложение не отличаются особым характером сдержанности и проводится в массе сейчас же после сбора. Поступление хлебов на рынок особенно неравномерно на портовых рынках, и рынки эти особенно насыщены осенью. Поступление на внутренние рынки более равномерно.
Поступление хлебов на рынок и неравномерность этого поступления тесно связаны с движением запасов хлебов. Статистически регистрируются общие запасы, т. е. запасы у производителей, торговцев, мукомолов и винокуренных заводчиков, получающиеся к концу сельскохозяйственного года (к 15 июля), как остатки общего сбора зерна за вычетом расхода на обсеменение, вывоза за границу и внутреннего потребления, и тому подобные видимые торговые запасы, т. е. запасы главнейших рыночных
108

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.